Рената не особенно разбиралась в разрабатываемой Гудерианом стратегии, но когда печатала документ на имя Гитлера или Геринга, у неё хватало ума делать лишнюю копию или исполнять гениальную по простоте задумку Юрека: при печатании она закладывала сразу два листочка копирки, один из которых каждый вечер сдавала, как полагалось, начальнику канцелярии, а второй, надёжно спрятав, относила Юреку. Многие документы попадали к Сосновскому раньше, чем они ложились на стол Гитлеру. В общей сложности фрейлейн Рената фон Натцмер передала Сосновскому сотни важных военных документов.
Бенита, выполняя свою роль «сводницы», познакомила Юрека с ещё одной своей кузиной — Ирен фон Йена, племянницей герцога Вильгельма Эрнста фон Заксен-Веймар-Эйзенах. Ирен, служащая военного министерства, имела доступ к важным документам. Несмотря на то что она была нацисткой, Ирен решила помогать поляку. Что побудило её к этому? Она получала жалование, плюс хорошее содержание от отца, так что особенно в деньгах не нуждалась. Симпатии к Польше не испытывала. Скорее всего, на её решение повлияло увлечение Юреком как мужчиной, любовницей которого она тоже стала, и склонность к риску. Её работа с Сосновским превратилась для Ирен в своего рода хобби.
Бенита продолжала заманивать женщин в сети Юрека, которого она, на немецкий лад, звала Георг фон Сосновски.
Сам он тоже не терял времени даром. В Будапеште Юрек познакомился с очаровательной венгерской исполнительницей цыганских танцев Ритой Паси, возлюбленной штандартенфюрера СС Шелленберга. Сосновскому с его обаянием ничего не стоило увлечь молоденькую балерину, и она вслед за ним уехала в Берлин, чтобы танцевать «только для него». Но Юрек разочаровал её, заявив, что помимо танцев ей придётся заниматься и ещё кое-чем, соблазняя высокопоставленных лиц, особенно из числа военных, втягивать их в долги и привлекать к его шпионской деятельности. С помощью Риты Паси он завербовал сотрудника военного министерства лейтенанта Ротлофа. Приобрёл он и ещё нескольких агентов, имена которых для германской контрразведки остались тайной.
Одной из интимных связей Сосновского была фрау фон Биденфур, жена полковника. Она получала от Юрека подарки и деньги, которые быстро спускала обычно на скачках и к тому же влезала в долги. Однажды Юрек сообщил, что больше не может помогать ей, так как должен тратиться на других женщин. Разговор был драматичным и откровенным — долги нужно было отдавать. Несчастная фрау фон Биденфур не нашла ничего лучше, как признаться мужу в своих долгах и обстоятельствах, при которых они образовались. Полковник довольно спокойно воспринял сообщение о её неверности, так как и сам был грешен. Но долги возмутили его.
В результате у полковника состоялся крупный разговор с Сосновским, но не о любви и морали, а о военных планах и ресурсах. Оплатив долги фрау Биденфур, Юрек стал получать информацию от полковника.
Всего за 1 год работы Юрек Сосновский получил более ста пятидесяти секретных документов, набросок плана нападения немцев на Польшу и ключи от сейфа полковника Гудериана. Он уже предвкушал проникновение в «святая святых» — Шестой отдел и сейф Гудериана.
Но замыслам смелого и талантливого разведчика не суждено было сбыться. Первый, косвенный удар нанёс ему уже упоминавшийся нами двойник Гриф-Чайковский. Однажды, зайдя в фотолабораторию польского посольства, он обнаружил там плёнки со снимками подлинных документов Шестого отдела германского Генштаба и немедленно доложил об этом своему «хозяину» Рихарду Протце. Тот немедленно отдал приказ усилить слежку за всеми посетителями польского посольства, а также организовать наблюдение за сотрудниками Шестого отдела. И хотя конспирация в работе Сосновского с агентурой была на высоте и никого из его агентов на этом этапе контрразведка ещё не засекла, тучи над головой Юрека начали сгущаться.
