В результате своей деятельности в области контрразведки БНД (Бундеснахрихтендинст — преемник ОГ) Фельфе мог снабжать советскую разведку сведениями о намерениях этой службы. «Мы своевременно распознавали опасные действия БНД, и я со своих позиций помогал обеспечивать активное противодействие им».
В годы работы Фельфе в БНД многие операции этой службы проводились при его непосредственном участии или даже под его прямым руководством. Одной из наиболее значительных операций явилась установка подслушивающей аппаратуры в советском торгпредстве в Кёльне. Сложность состояла в том, как отреагировать на информацию об этой операции. Разоблачить и вскрыть «жучки»? Или прекратить секретные разговоры в кабинетах, где они установлены? Ни то ни другое не годилось. Требовалось искать иные варианты, чтобы «и овцы были целы, и волки сыты». И такие варианты были найдены.
К числу важных операций можно отнести и попытки вербовать агентуру из числа советского персонала, а также из числа прибывших в ФРГ лиц из ГДР и других соцстран.
Но особое значение имели сообщения Фельфе о дезинформирующих мероприятиях БНД. Он знал обо всех случаях её двойной игры. После получения соответствующей информации, советская сторона решала, как подключиться к такой игре без риска для её сотрудников. «Естественно, следовало избегать всего, что могло бы навлечь подозрение на меня». «Ещё важнее было обеспечить „двойную“ обработку материалов и сохранить агентов „живыми“. Дезинформация от распознанного агента-двойника имеет свою ценность, так как по ней можно определить, от чего противник хочет отвлечь внимание или что стремится скрыть с её помощью».
В операции «Паноптикум», которой руководил Фельфе, удалось, например, парализовать широкомасштабную акцию БНД. Главной её фигурой стал Фридрих Панцигер, руководивший в своё время особой комиссией в гестапо по делу «Красной капеллы». После войны он оказался в СССР, где перед возвращением в Германию был завербован советской разведкой. Прибыв в Бонн, он сразу же явился в БНД и во всём признался. БНД решило сделать его двойником. Вместе с ним советской разведке был подставлен ещё один агент БНД Буркхарт. Наша разведка подхватила «брошенный мяч» и какое-то время вела игру с немцами. Но всё испортило германское правосудие, решившее привлечь Панцигера к суду за его гестаповское прошлое. В 1961 году был выдан ордер на его арест. Узнав об этом, он принял цианистый калий.
Фельфе предупреждал советских людей о предстоящем аресте за разведывательную деятельность. Так, он выручил советского гражданина Кирпичёва, который смог уйти прямо из-под носа группы захвата.
Специально для операций против советского посольства был создан рабочий штаб ИНДЕКС, которым руководил Фельфе. БНД вместе с ЦРУ задумали провокацию против прибывающего в Бонн советского дипломата (того самого «журналиста», с которым Фельфе беседовал в Веймаре ещё в 1940 году). Фельфе вовремя предупредил об этом советскую разведку.
О предстоящем аресте советского разведчика П. предупредить своевременно разведку не удалось. Фельфе пришлось самому позвонить П. по телефону и намекнуть об опасности. Тот успел укрыться в посольстве.
Одна из руководимых Фельфе операций («Диаграмма») была разработана против так называемой запретной зоны Карлсхорста, где были расположены советские разведывательные учреждения. Он развернул «бурную» деятельность. В пяти томах были собраны планы квартир, номера телефонов, планы земельных участков, в которых отмечались даже тропинки. Этим справочником пользовались затем БНД, генеральный прокурор ФРГ и другие учреждения. Советская сторона «не мелочилась» и не давала дезинформации по таким вопросам. Справочник систематически пополнялся и уточнялся до 1959 года.
